Go to ...
Obiektywnie? Subiektywnie? O polityce, państwie, gospodarce… w poszukiwaniu paradygmatu rozwoju. Zawsze mamy rację!

Obserwator Polityczny on Google+RSS Feed

18 lutego 2018

Объявление вне закона радикальных и ксенофобских группировок породит реальные угрозы


 Объявление вне закона радикальных и ксенофобских группировок породит реальные угрозы! Сущностью демократии является плюрализм, в том числе право любого на провозглашение того, что ему угодно. При этом, разумеется, существуют ограничения, выражающиеся в ответственности за нарушение закона.

Если демократия хочет играть в цензора и запрещает публично демонстрировать определенные жизненные позиции и взгляды, то раньше или позже возникают проблемы. Это объясняется тем, что существуют люди, часто даже целые группы, имеющие экстремистские взгляды. Радикализированные сограждане имеют иное мировоззрение и преимущественно выражают его способом, весьма далеким от общепринятых в социуме норм общения.

Теоретически можно согласиться с утверждением, что “нет демократии для врагов демократии”. Но является ли это еще демократией, если часть населения лишена свободы высказывания — свободы слова, Теоретически любой должен иметь право говорить то, что он думает, все, что угодно, в том числе всякий вздор, вещи, оторванные от действительности, святотатства и даже неупорядоченные звуки, не подчиняющиеся правилам языка. Именно в этом заключается, в идеале, свобода слова.

Некоторые виды общественного поведения могут быть вредными

Однако мы должны согласиться с тем, что некоторые виды общественного поведения могут быть вредными, особенно, если воспринимаются особо чуткими группами населения, например, детьми — это классический пример. Все мы согласимся с утверждением, что детей надлежит оберегать всегда, в любых ситуациях и в первую очередь. Таков рациональный, абсолютно правильный и необходимый приоритет жизни любого разумного общества. По этой причине запрещается доступ детей к некоторым видам информации, например, к рекламе алкоголя, порнографии и т.п. Аналогично, особо бережно относятся к больным, например, к особо впечатлительным из-за их психического состояния и легко внушаемым. В законодательстве, а точнее в ст. 151 Уголовного Кодекса, имеется запрет убеждения другого лица в совершении самоубийства, а также оказания помощи в доведении такой личности до самоубийства. Аналогично, по таким же причинам в законодательстве, ст. 196 Уголовного Кодекса, рассматривается проблема оскорбления религиозных чувств других лиц. То же самое касается и ст. 256 Уголовного Кодекса со знаменитым запретом пропаганды фашизма или иного тоталитарного строя, а также призывов к ненависти на почве национальных, этнических, расовых различий, а также различий в вероисповедании или по причине атеизма.

На практике это означает, что защита некоторых членов общества от последствий свободы слова и свободы высказываний других людей или субъектов считается такой же ценной, как сама защита свободы слова и свободы высказываний. Таким образом, мы имеем дело с ценностями, которые одинаково охраняются, причем, как в упомянутой ст. 151 Уголовного Кодекса, мы имеем дело с ценностью, безусловно, высочайшей, каковой является противодействие всяческим попытками косвенно воздействовать на жизнь (желание жить) другого человека. Наверняка, это важнее, чем защита права кого-то говорить что-нибудь. Это безусловно и не вызывает никаких сомнений!

Так должны ли мы объявить вне закона группировки, например, объединения людей, нарушающих самой формулой своего существования, а также общественной деятельностью обязательное для исполнения законодательство? Следует ли разрешить деятельность таких группировок в форме закрытого клуба, среди своих сторонников? Это совсем не простой вопрос, следует принять во внимание, что, например, существуют группировки людей, совершенно серьезно сражающихся друг с другом, выступая при этом в той или иной роли. Имеется, например, много спортивных дисциплин, в которых начинающие заниматься ими идут на риск серьезных контузий или телесных повреждений в результате действий противника. Существуют и клубы, посещаемые людьми, ищущими “других сексуальных ощущений” в области садомазохизма и других сексуальных практик. Такие лица добровольно соглашаются с поркой, с избиением ногами, с временным лишением свободы (связывание, сковывание кандалами) и часто даже за это платят. Такие отношения также следует запретить?

Обратим внимание на то, что обсуждаемые проблемы по сути своей близки. Можно представить объединение лиц с радикальными политическими взглядами, которые предупреждают всех, желающих к нему присоединиться, о том, что они занимаются дискуссиями о разного рода политическом и социальном экстремизме, в том числе основанном на исторических политических доктринах, таких как фашизм, гитлеризм, коммунизм и пр. Аналогично, можно представить объединение людей, собирающихся для того, чтобы кто-то из них избивал другого для того, чтобы испытать сексуальное удовлетворение или другие ощущения, ценимые ими. Есть ли у нас, как у общества, право на запрет этим людям названных практик?

Если мы объявим их вне закона, то они начнут прятаться

Ведь известно, что и после нашего запрета ОНИ БУДУТ ЗАНИМАТЬСЯ ЭТИМ, ТОЛЬКО ТАЙКОМ! Тогда подобные явления, будучи неконтролируемыми и не охваченными формально-правовыми правилами государства, приобретут спонтанный характер и будут развиваться на основе права сильного — того, у кого больше денег, и кто способен осуществить интересующие его процессы. Но общество не будет иметь доступа даже к информации о том, что нечто подобное происходит!

Если государство будет преследовать радикальные организации, а точнее объединенных в них людей или симпатизирующих им, то контроль над этими явлениями и тем, что будет возникать вокруг них, станет намного сложнее, а то и вообще окажется невозможным.

Терпимое отношение к радикальным группировкам, разумеется, при условии, что они действуют в рамках закона, должно быть безусловно обязательным, так как мы при этом автоматически получим информацию о масштабах такого типа явлений в обществе. На основе того, что общеизвестно, можно с полной ответственностью сказать, что они исчезающе малы.

Не следует также опасаться, что например, структуры последователей фашизма будут заражать своими взглядами общество и объединять своих сторонников. Разумеется, это возможно, но в особых условиях, например, при кризисе или в других трудных для общества ситуациях (беспорядки и т.п.). Но сила плюралистического общества в наивысшей степени проявляется в том, что оно само устраняет из мейнстрима крайние взгляды и их выразителей. Благодаря тому, что они сами о себе свидетельствуют. Нет необходимости создавать для них антирекламу, достаточно того, что они сами разочаруются в своих весьма трудноприемлемых постулатах.

Вышеизложенное является прагматичным подходом. Либеральный подход означает, что нам все равно, кто и что провозглашает, а это неправильно, например, из-за упомянутых ранее статей закона. Следует наблюдать, интересоваться и даже стоит иметь различные учреждения, либо официальные, либо аффилированные при службах безопасности и правопорядка, а также очень полезные субъекты третьего сектора, которые будут наблюдать за такими проявлениями и анализировать их характер. Однако этим следует ограничиться, говоря о вмешательстве государства, разумеется — подчеркнем это снова — если мы имеем дело с действиями в пределах закона. Если он нарушается, то государство должно вмешаться в соответствии с требованием обеспечить соблюдение правовых установлений. Не больше, но и не менее того. Государство должно вести себя “серьезно”.

Речь идет о том, чтобы посредством государственного принуждения не создавать угроз там, где можно вести контроль без особых усилий и особого риска при помощи записи и мониторинга. Согласование средств и методов с вызовами всегда является основой хорошего администрирования.

Роль СМИ в “пропаганде” позиций и взглядов

Имеется еще и вторая сторона медали, а именно отказ СМИ от создания искусственных сенсаций из того факта, что кто-то, видимо, больной, вскидывает руку в нацистском приветствии, находясь на своем участке! До сих пор польские СМИ очень однозначно игнорировали лишь одно направление радикальной деятельности — правое. Метод замалчивания явления оказался очень эффективным, изолируя его в течение многих лет от общественного сознания. После того, как эти общественные группы проявили себя, например, собираясь для демонстрации патриотических, национальных и религиозных чувств, наступило время для нездорового, часто лживого и очень негативного манипулирования. Разумеется, часть СМИ очень объективно информирует об этом, но существуют и такие, что придают своим сообщениям исключительно негативный контекст, тем самым унижая и обесценивая польскую национальную идею! Что интересно, преимущественно те же самые средства информации непрерывно и навязчиво рекламируют некоторые публичные выступления и действия тех, кого обобщенно можно назвать левыми.

Вышеизложенное приводит к тому, что общество получает фальсифицированную информацию. Можно, например, вспомнить, как радикальных демонстрантов, приехавших в Польшу из Германии для оказания активного сопротивления на маршруте одного из маршей в честь независимости, превращали в защитников свободы, а также всего чистого, прекрасного и вообще самого лучшего. О подобных случаях следует помнить и не давать собой манипулировать.

Лицемерие польских элит в вопросах поддержки фашизма

Существует еще один аспект этой проблемы, который показывает лицемерие наших элит, особенно в связи с последними случаями поведения, вероятно, нарушающего закон, в Воджиславе Шлёнском. Речь идет о том, что польские неправительственные организации, польские политики, в том числе теперешние представители высшей государственной власти, а также их предшественники, ездили на Украину. Они поддерживали, призывали оказывать поддержку и прославляли деятельность группировок, открыто следующие традициям СС и других субъектов гитлеровского фашизма — разве все это нормально?

Если появится группа поляков, приветствующих жестом Heil, то возникает искреннее возмущение? Когда же бандиты сжигают живьем людей в Одессе (2 мая 2014 г. Мы помним!), или убивает людей в Донбассе, то это называют свободой и демократией?

Так будем же последовательны. Если наш политический класс и в какой-то мере государство, поддерживало группировки, объединяющие людей, следующих нацистским традициям, в том числе деятелей самоуправления с Украины, участвующих в публичном ежегодном восхвалении подразделений СС на улицах Львова и других городов (марши, памятники и многое другое), то, может быть, не стоит обвинять граждан Польши в том, что они берут пример с граждан Украины? В знак их поддержки и вместе с ними наши ведущие политики “скакали” на Майдане! Они выкрикивали бандеро-фашистские националистические лозунги, которые для многих поляков, евреев и пленных советских военнослужащих явились последним, что они слышали в момент смерти! Их палачи, глумясь над их семьями и ими самими, выкрикивали эти отвратительные лозунги.

При защите в суде молодых поляков, которые, если верить сделанным скрытой камерой видеозаписям, предоставленным одной из американских телестанций, работающей в Польше, вели себя недопустимым образом, можно представить такую аргументацию. Если высшие представители польского государства поддерживали фашистов на Украине, которые часто ходят строем в мундирах СС и со знаками гитлеровских вооруженных формирований, то гражданин Польши может считать, что сохранение этих “ценностей” может быть желательным? А как еще это трактовать? Ведь все мы видели по телевидению наших политиков, подающих руку членам украинских формирований, следующих традициям фашистских подразделений. В интернете имеются и другие записи. По понятным причинам не будем называть фамилии, но каждый, кто владеет русским языком хотя бы на элементарном уровне, может самостоятельно найти их на популярном сервисе, служащем для размещения видеозаписей. Впрочем, такие записи можно найти и на польском языке.

К сожалению, если политический класс разрешает возрождение и распространение фашизма в соседней стране, то он должен считаться с тем, что аналогичное зло взойдет и на его наделе.

Давайте останемся на стороне свободы, однако с одним исключением — если существуют доказательства того, что данная организация может служить орудием иностранного влияния на нашу общественную жизнь, то она должна очутиться под более чем внимательным наблюдением соответствующих инстанций.

Translation: Vladimir Kharitonov [Владимир Харитонов] – автор этого текста КРАКАУЭР (KRAKAUER) скрывается за псевдонимом из-за опасения политических притеснений; tekst polski [tutaj] опубликован  25 января 2018 г.

Tags: , , , ,

Dodaj komentarz

Twój adres email nie zostanie opublikowany.

More Stories From Общество

Scroll Up