Парадигма развития, Русский язык

Мы не договаривались стать членами союза по обмену проблемами, бедностью и риском терроризма

 Вступая в Европейский Союз, мы слышали об общих ценностях, гуманизме, открытости, общем рынке, толерантности, добровольности, наконец, о великом пространстве свободы от Лиссабона до Хельсинки и т.д. Мы поверили в эту сказку, потому что она была исключительно изящно упакована в большое количество разноцветных бумажек и полита теплым соусом сладких словечек о дружбе, сосуществовании, свободе перемещения, инвестировании в торговлю и строительстве благосостояния.

Аналогично обстояло дело в случае с НАТО. Нам говорили, что это — зона безопасности, где все за одного, и один — за всех. Гарантии безопасности, сильные армии, атомный зонтик, современные вооружения, технологическое преимущество и т.д., а с политической стороны — одно большое пространство мира и безопасности от Аляски до Турции.

К сожалению, в первом случае нас обманули. Оказалось, что самое лучшее, если мы можем быть дешевым сборочным предприятием, выпускающим столько продукции, сколько нам разрешат, и такой продукции, какую нам милостиво закажут. Как альтернатива — мы можем давать молодым людям образование в наших университетах за наш счет, чтобы они хорошо смотрелись за мойкой посуды или ловко меняли пеленки немецким пенсионерам. Даже самое большое преимущество Польши, каковым является сельское хозяйство, было так придавлено, что осталось живо только благодаря милостивым дотациям, которые все-таки ниже, чем для сельского хозяйства в той части Европы, которая считается лучшей. Никто не сказал о том, что над Польшей будет построен стеклянный потолок, в который будет упираться почти каждый поляк, о том, что будет так драматично плохо, что затраты на выживание исключат возможность и в самом деле жить в цивилизационных условиях, свойственных нашей климатической зоне. Самое главное, работа станет редкостью, такой редкостью, что люди, если они не уедут в отчаянии за хлебом, будут смиренно браться за любую, даже самую гнусную работу, часто на условиях, которые на самом деле являются рабскими, лишь бы было что положить вечером перед детьми на тарелку!

Во втором случае нас также обманули. Пришлось отправляться в опасные и длительные военные экспедиции куда-то на край света, в которых гибли польские солдаты, а государство привлекло к себе внимание международных террористов (в основном, из-за решений части элит, допускающих незаконные действия на отдельном экстерриториальном фрагменте польской территории). Когда оказалось, что Польша на самом деле может подвергаться реальной опасности, то ограничились организацией какой-то встречи, где-то далеко, в каком-то здании. Поговорили, а потом группа военных союзников быстро проехала через нашу страну, видимо, проводя учения по эвакуации. Никто не сказал и не захотел сказать, что мы являемся для наших западных союзников буфером, который в случае полномасштабного конфликта может стать Театром Военных Действий. На нас могут падать снаряды обеих сторон, и не мы станем решать, какие у них будут боеголовки. Соответствующую идеологию обеспечит нам миф «обороны» Польши, и, несмотря на гигантские потери, мы будем благодарны, аналогично тому, как мы благодарны за предательство союзников во время и после II Мировой Войны. Прискорбно, но уже однажды испробованный здесь на поляках сценарий позорного озверения по-прежнему в силе, достаточно его лишь немного освежить, не требуется никаких чудес.

Мы ни с кем не договаривались переносить последствия экономических санкций, живя по соседству с термоядерной империей, действовать во имя сомнительных государственных интересов государства, которое само с этой империей спокойно торгует, хотя его руководители в припадке бреда твердят, что находятся с нею в состоянии войны. Это просто какая-то невозможная ситуация, не имеющая прецедента в истории, к тому же созданная по собственному желанию нашими властями!

С громадным трудом удалось достичь договоренности о поддержке Евросоюзом польской инфраструктуры, которую однако не называют компенсаций за дренирование нашего социально-экономического пространства более сильными западными партнерами. Фактически эта поддержка — милость и только как милость должна рассматриваться. Это, правда, очень большие деньги, но можно было бы выделить еще больше и на несколько иных принципах, возможно, тогда удалось бы спасти нашу страну от драматических последствий депопуляции, дополнительно стимулируемой проклятьем эмиграции на Запад за заработками. Все же это оказалось системной ошибкой. Нет в стране ни цивилизационного скачка, ни удовлетворенности населения, а лишь вырос общий уровень задолженности, что трудно обосновать появлением инфраструктуры, часто несущей с собой лишь дополнительные издержки и не образующей завершенную систему.

На практике нет ни равенства, ни общего рынка. Попробуйте-ка создать сеть гипермаркетов во Франции или построить сеть бензозаправочных станций в Германии или еще более амбициозно — сеть распределения, например, продуктов питания в магазинах, торгующих со скидками (по образу созданных гениальными немецкими фирмами). Остается лишь пожалеть вам успеха; 26 лет прошло, а нет ни одной новой польской марки, имеющей всемирной признание.

Сегодня ко всему этому прибавляются очередные проблемы и вызовы. С одной стороны, от нас ожидают, что мы согласимся разделить проблемы бедности и терроризма, связанные с приемом нежеланных и не нужных в нашей стране, преимущественно не имеющих шанса на акклиматизацию представителей культурно чуждых меньшинств, неизвестно с какой целью прибывших в Европу и имеющих преимущественно завышенные притязания. С другой стороны, Польшу исключают из переговоров о безопасности в ее непосредственном окружении, в нашем тылу, в месте, являющемся естественным продолжением нашего буфера безопасности. Кроме того, это делают прямо-таки позорным способом, полностью исключая дискуссию, относясь к польскому президенту как к какому-то недорослю, которому можно погрозить пальцем и произнести уже знаменитое «Нельзя».

Нет согласия, не может быть согласия и не будет согласия с таким отношением к Речи Посполитой и к полякам. Уже достаточно этих унижений, в течение многих лет одобряемых раболепно настроенной частью элит в Польше. Общество уже прекрасно знает и понимает то, насколько оно было обмануто, использовано и лишено перспектив. Люди в Польше страдают из-за того, что не могут иметь детей, они не могут себе позволить создание и содержание семьи, а многие дети в Польше знакомы с чувством голода. Об это говорил сам господин президент в речи при вступлении в должность.

Никто не утверждает, что без членства в Европейском Союзе и в НАТО мы были бы более счастливыми, богатыми и жили в большей безопасности. Речь идет лишь о таком изменении ориентации и реформировании теперешней парадигмы функционирования обеих организаций и польского в них присутствия, чтобы уничтожение всего, во что мы хотели бы верить в течение последних полутора десятков лет, не могли совершить группы пронырливых и культурно чуждых беженцев с Балкан, которые бросают своих маленьких детей на полицейские щиты, прокладывая таким образом проход для себя! Невозможно согласиться с тем, чтобы 28 стран, с просвещенным населением, сравнительно зажиточным и понимающим ценность безопасности, внезапно стали рабами какой-то невероятной невозможности решения простой проблемы, с которой вообще-то можно покончить за счет изменения идиотского поведения пограничных служб наиболее обремененных стран, находящихся на периферии Европы. Интересно, позволят ли западные правительства полякам странствовать по Европе, ночевать в парках, попрошайничать, воровать и требовать, например, транспорта? На первой немецкой границе это было бы пресечено, хоть бы и с применением пластиковых пуль и слезоточивого газа.

Мы не можем допустить, чтобы кто-то чужой решал, как нам жить в собственной стране, и что мы можем разрешить делать. Такому не бывать, потому что население просто выйдет на улицу и не только прогонит беженцев, но и поднимет такие беспорядки, что даже происходящее на Украине покажется невинными стычками с уже давно устоявшейся линией фронта. Масштабы ненависти в Польше прямо пропорциональны масштабу лицемерия и цинизма, с которыми в течение ряда лет относились к полякам. На Украине все знали, что власть имущие (при любой власти) крадут. В Польше люди все еще живут надеждой, что благодаря совместным усилиям и жертвам хотя бы детям будет лучше. Тем временем детей нет, потому что люди не могут себе позволить иметь их, а вместо этого — таким образом населением это воспринимается — кто-то велит полякам принимать чужих, занимающихся культивированием ненависти к христианам. Последующие поколения поселенцев с еще большей интенсивностью будут культивировать эту ненависть, хотя мы и не сделали им ничего плохого.

К сожалению, на сегодняшний день нет в Польше политика, способного выложить на европейский стол польские государственные интересы, хотя там-то мы могли бы проявить свою смелость.

Translation: Vladimir Kharitonov [Владимир Харитонов] – автор этого текста КРАКАУЭР (KRAKAUER) скрывается за псевдонимом из-за опасения политических притеснений; tekst polski [tutaj] опубликован 29 августа 2015 г.

Dodaj komentarz:

Twój adres email nie zostanie opublikowany.